Как вам шьется?

Оправилась ли швейная промышленность региона от хлопкового кризиса

Марина Москалева

Владислав Волотко

Швейная промышленность – отрасль очень неоднородная. И по масштабу компаний - здесь есть и холдинги, развивающие бренды федерального масштаба, и фирмы, скромно отшивающие ситцевые трусы и другие мелочи (хотя, конечно, такие трусы – это тоже бренд), и по специализации. Что касается производства одежды (довольно дорогого и сложного процесса), «Частник» в последнее время несколько раз писал о проблемах, с которыми сталкиваются работающие в этом сегменте компании (это и неравная борьба со всеми «пиратами» третьего мира, и высокие издержки, и рост цен на сырье и энергоносители, и налоги). Сегодня мы обратимся к другим сегментам швейной индустрии, которые также весьма развиты в Иванове, и которые «кормят» немало семей. Как сказался хлопковый кризис на них?

 Махровые изделия

Как говорит директор ООО «Глобус» (одного из видных производителей и продавцов махровых изделий) Сергей Борщов, в ходе хлопкового кризиса цена на сырье выросла в три раза, а конечная продукция в данном сегменте подорожала на 50-100%.

Результатом стало снижение спроса как в розничной торговле, так и в оптовой. Продажи во многих компаниях упали примерно на 40-50%.

Конечно, это не первое подорожание, и есть вероятность, что люди привыкнут к новым ценам (в ходе кризиса 1998 года такое привыкание заняло больше года) и спрос восстановится. Но пока негативную роль играет фактор ожидания: потребители и оптовики следят за мировыми тенденциями цен на хлопок и ждут, что продукция начнет дешеветь, откладывая покупки. 

Производители оказываются в сложном положении: с одной стороны надо работать, с другой, - излишки товара опасны: впоследствии, когда цена на сырье снизится, этот товар придется продавать ниже себестоимости. Так что многие компании приходят к тому, чтобы работать только под заказ, не формируя товарных запасов.

«Разумеется, на нас сказалось и подорожание энергоресурсов, и рост платежей в страховые фонды, - добавляет Сергей Борщов. - Мы участвовали в акциях протеста (проведенные в Иванове и в Москве ОПОРОЙ РОССИИ) по поводу увеличения налогов. Но пока никакого результата нет».

Интересно, что открытие новых текстильных логистических комплексов (которые вызывают такой оптимизм у властей) предприниматели благом не считают.

«Производители вынуждены открывать новые торговые точки, чтобы быть представленными во всех комплексах, а не складывать все яйца в одну корзину, - говорит Сергей Борщов. - Между тем потребителей (в том числе и иногородних) больше не становится, они просто рассеиваются по разным комплексам. В итоге расходная часть на аренду, зарплаты, налоги, логистику у нас увеличивается, а продажи в лучшем случае остаются на прежнем уровне».

Сейчас, по оценке Сергея Борщова, предприниматели, работающие в данном сегменте, лишь выживают, а не развиваются: для развития нужна рентабельность производства в 50-60%, а в реальности рентабельность пошива КПБ составляет меньше 10%, махровых изделий - 10-20%, трикотажа - 30-40%.

В целом по отрасли есть случаи закрытия производств, а также их сокращения или объединения с другими. 

Многих потребителей волнует вопрос: упадут ли цены на конечную продукцию, если подешевеет хлопок? Ответа пока не знает никто: с одной стороны, велика вероятность, что производители оставят цены на нынешнем уровне, ведь потребители уже привыкают к ним. С другой стороны, снижение цен позволит увеличить оборот. Так что, как прогнозирует Сергей Борщов, скорее всего, швейники будут действовать с оглядкой друг на друга: если одни компании начнут снижать цены, то и другие подтянутся.

 Рабочая одежда

По словам генерального директора компании «Заритек» Малика Газимагомедова и генерального директора ООО «Мануфактура» Романа Таганова, хлопковый кризис сказался на данном сегменте производства очень серьезно.

Поскольку рост цен в 2-2,5 раза на весь ассортимент тканей, используемых для пошива спецодежды,  произошел в короткий срок, болезненным был сам момент перехода.

«Нам пришлось объясняться с клиентами, по многим договорам мы возвращали деньги, в каких-то случаях брали на себя доставку товара, предлагали еще какие-то услуги, чтобы не потерять клиентов, - рассказывает Малик Газимагомедов.- Убытки были очень серьезными, но основную часть клиентов нам удалось сохранить».

«Вслед за подорожанием хлопка мы увеличили отпускные цены, чтобы компенсировать рост себестоимости продукции, - говорит Роман Таганов. - Однако по «строгим» договорам мы вынуждены были осуществлять поставки по прежнем ценам, неся на этом убытки (переложить недополученный доход на остальную продукцию сложно, рынок не позволяет поднимать цены до того уровня, до которого нам бы хотелось)».

В результате подорожания спрос на спецодежду снизился (Роман Таганов оценивает это снижение примерно в 20%).

«У предприятий, как правило, нет выбора – они обязаны обеспечивать рабочих спецодеждой, - отмечает Малик Газимагомедов. - Но они вынуждены минимизировать затраты, закупать только то, что необходимо прямо здесь и сейчас, закупок на квартал никто уже не планирует».

Сейчас предприятия данного сегмента сталкиваются с новой проблемой: дело уже не в цене, а в дефиците целого ряда наименований хлопчатобумажных тканей. Даже со стопроцентной предоплатой получить их порою можно в лучшем случае через месяц. Среди причин - закрытие Лежневского комбината (одного из основных производителей двунитки), перебои в работе ткацкой фабрики в Вичуге.

Часть производителей снизили качество выпускаемых тканей.

«Например, для пошива рукавиц мы используем двунитку, - говорит Малик Газимагомедов. - То, что сейчас продается под таким названием, совершенно не соответствует требованиям к этой ткани. Мы не можем предложить такие рукавицы многим клиентам, выставить их на аукцион».

Те, кто все же производят нужные ткани, сегодня ни на рубль не снижают цены на свою продукцию, несмотря на то, что хлопок начал дешеветь.

В этих условиях производители меняют ассортиментную линейку, шире используют синтетические ткани, чтобы уложиться в ту цену, которую предприятия готовы тратить на закупку спецодежды.

Перспективы отрасли оценивать очень сложно.

«Мы надеемся, что дальнейшего роста цен не будет, однако серьезного снижения тоже не ждем, - говорит Роман Таганов. - Фактически мы ориентируемся на то, что придется работать при нынешней ценовой конъюнктуре».

«В ближайшее время мы будем просто удерживать позиции, - отмечает Малик Газимагомедов. - Возможно, будем заказывать ткань «под себя», если фабрики пойдут нам навстречу. Если нет – будем расширять ассортимент из смесовых тканей. В ближайшие полгода у нас не будет возможности проводить модернизацию. Есть различные проекты, которые мы хотели бы реализовать. Но сейчас нет смысла об этом даже думать».

 Домашний трикотаж

Производителям этой группы товаров в ходе подорожания хлопка медвежью услугу оказала слава ивановского текстиля. По крайней мере, привычка покупателя к его дешевизне и доступности. Хотя рост цены на изделия здесь был не такой ошеломляющий, как в сегменте домашнего текстиля (все-таки хлопка на ночнушку нужно меньше, чем на КПБ), многие производители столкнулись с падением спроса и вынуждены были снизить объемы производства. Спасительными для компаний оказывались наработанный круг клиентов и их доверие к производителям.

«Наши оптовые покупатели поверили, что мы повышаем цены только в рамках мировых тенденций, не закладывая себе доходов на свежий «Мерседес», - говорит Виктор Гребешечников (компания «Элитель»). - Так что они продолжают брать у нас продукцию в тех же объемах, что и раньше. В последние месяцы мы даже пошли на определенный риск и нарастили производственные мощности, осваиваем ассортимент из вискозы».

Одной из серьезных проблем производители считают то, что в сложившихся условиях не могут увеличивать ни свои доходы, ни зарплату сотрудникам. А вот проблема контрафакта для данного сегмента (в отличие от больших одежных производств) не актуальна. Контрафакт возмущает производителей лишь как профессионалов – от технологических нарушений, с которыми сшиты изделия, глаза лезут на лоб, и как граждан – обидно за небогатых соотечественников, вынужденных покупать продукцию непотребного качества.

Что касается перспектив данной подотрасли (эксперты видят ее в освоении новых видов продукции, в том числе брендовой), по мнению Виктора Гребешечникова, она, скорее всего, останется на прежнем уровне.

«Чтобы выйти на принципиально новый ассортимент, нужно совершенно иное оборудование, многократно дороже того, которым мы сегодня обходимся, - говорит Виктор Гребешечников. - Мы упираемся в некий технологический потолок, выше которого нам не шагнуть. А закладываться на новый уровень оборудования и продукции – это очень большой риск. Брать кредиты мы не можем себе позволить. Это долговая яма, которая съест нас и остатки той легкой промышленности, которую мы имеем. Рассчитывать приходится только на себя. Поэтому в Иванове всего две-три фирмы, где есть отчаянные ребята, пытающиеся шить нечто брендовое».

Конечно, швейники модернизируют предприятия, но это модернизации в рамках своего сегмента, когда старые машины меняются на новые аналогичные.

«Технологически и идеологически мы остаемся в той же нише, мы законсервированы в ней, - считает Виктор Гребешечников. – Но, с другой стороны, Россия – очень большая страна, которой требуется много продукции именно в этом сегменте. Поэтому какое-то время у нас есть возможность работать в этой нише».

 Нетканые материалы

Производителей изделий из нетканых материалов в России не более 15. Среди них – ивановская компания «Викамед», специализирующаяся на выпуске медицинских изделий (от комплектов постельного белья до одноразовых хирургических костюмов, пеленок и распашонок для новорожденных).

Как говорит директор компании Андрей Козлов, производители «нетканки» даже выиграли от подорожания хлопка.

«Многие учреждения в этих условиях предпочитают отказаться от закупок хлопчатобумажных изделий, - считает Андрей Козлов. - Тем более, что энергоресурсы тоже дорожают и расходы на стирку белья выливаются в солидные суммы. К этому добавляется еще и зарплата персонала».

Характерно, что сырье для производства нетканых материалов тоже дорожает. Но на цене конечной продукции это пока не сказывается. Изделия из нетканых материалов российского производства на сегодняшний день - одни из самых дешевых в мире.

Парадокс состоит в том, что хотя первичное сырье дня нетканых материалов – нефть – в большом количестве добывается в России, значительную часть продуктов вторичной переработки нефти производители «нетканки» вынуждены покупать за границей.

В целом нетканые материалы - это растущий сегмент рынка. В прошлом году его объем в России составил более 1 млрд долларов. Ежегодный рост производства продукции для нужд обувной и автомобильной промышленности, строительства, медицины достигает 20%. И это с учетом того, что Россия пока отстает от развитых стран мира в плане использования нетканых материалов.

«Я бы не сказал, что за неткаными материалами будущее, - говорит Андрей Козлов. - Но в больницах, санаториях, гостиницах, на железной дороге они однозначно будут использоваться шире. Тем более, что сейчас существуют технологии, которые позволяют производить комплекты из нетканых материалов, выдерживающие до 49 стирок».

Однако приход в данную сферу новый компания несколько осложнен: требуются серьезные вложения в сертификацию и в технологии.

 

23 Сентября 2011, 16:21 +222

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...