Текстиль – бизнес «на грани»

В одном из последних номеров «Частника» появилась статья, где излагалась позиция известного экономиста, ректора Высшей школы экономики (ВШЭ) Евгения Ясина. В частности, он заявил, что текстиль как отрасль, оторванная от сырьевых источников, в России неконкурентоспособна и бесперспективна. Председатель Законодательного собрания Ивановской области, сам в недавнем прошлом текстильщик Павел Коньков, в целом согласен с экономистом: в масштабах страны текстильная и легкая промышленность сегодня действительно не имеют значимости для России.

«Полтора процента, которые приносят они российскому бюджету – мелочь, есть вагон других проблем и более прибыльных отраслей, чтобы вникать в проблемы текстиля и текстильщиков, - начал наш разговор Павел Коньков. - Но когда мы переносим проблему на Ивановскую область, ситуация резко меняется».

Что получается, если рассматривать текстиль не с позиций макроэкономики, а с «местной» точки зрения, см. ниже.

Ситуация

- По моим оценкам, текстиль составляет примерно 20% объемов всего производства в регионе, - заявил спикер. - Даже по официальной статистике, на текстильных предприятиях занято более 65 тысяч человек. При общей численности трудоспособного населения в 400 тысяч это очень существенно. А если присоединить к этому трудно статистически учитываемый «околотекстильный» бизнес (торговлю на рынке, перевозки, тот же пошив), то эта цифра значительно увеличится. Поэтому, если согласиться с господином Ясиным и «бросить» текстиль – пусть плывет, как может, это создаст проблемы для власти: что делать с людьми, высвобожденными отраслью?

- Но ведь она – власть – для того и существует, чтобы решать такие проблемы?

- Пожалуй, главная ошибка власти заключается в том, что мы затягиваем агонию предприятий, которые работают плохо. Если взять фабрику Балашова, то, мне кажется, мы сильно виноваты перед ее работниками: слишком долго тешили их надеждой, что она будет работать. Если бы мы четыре года назад честно сказали, что нет реальной возможности сохранить производство, то процесс был бы менее болезненным. Во-первых, люди уходили бы постепенно, по мере нахождения нового места работы. Во-вторых, им бы выплачивались и зарплата, и выходные пособия. На деле же массовое сокращение произошло, когда фабрика встала, поэтому возникла проблема задолженности по зарплате.

Сырье

- Да, в России нет своего сырья – хлопка. Все потуги выращивания его в Астрахани или Краснодаре напоминают пресловутые попытки посадить везде кукурузу: климатические условия позволяют получать стабильный урожай всего раз в три года. Но сегодня хлопок – это биржевой товар, и никаких сложностей с его закупкой нет. Следовательно, привязки к сырью тоже нет.

Рынок

- Рынок обычных хлопчатобумажных тканей закрывается прежде всего отечественной продукцией, и 70% ее – ивановского производства. Дешевые простые ткани и соответственно дешевые швейные изделия – вот наша ниша. Утверждение, что россияне покупают, в основном, импортные ткани и швейные изделия, характерно для более благополучных регионов, чем наш. Принципиального увеличения объемов производства не будет: сейчас они упали до того уровня, когда вся ткань, что производится – продается. Нет залежей на складах, фабрики работают на заказ. Как только падает спрос – снижаются объемы производства.

- То есть, мы избавились от того затоваривания, которое было проблемой всего год-полтора назад?

- Да. Но текстиль работает на грани рентабельности. Во многом это связано с тем, что потребитель нашей ткани – беднейшие слои населения. А у человека, которому не до Канар, три основные потребности: поесть, заплатить за жилье и на оставшиеся деньги купить тот самый дешевый текстиль, который мы производим. И наблюдения показывают: как только повышаются тарифы на жилищно-коммунальные услуги – резко падает спрос. Таким образом, сегодняшняя тенденция роста тарифов как внутри Ивановской области, так и в общероссийском масштабе, не сулит текстилю ничего хорошего.

Стабильность в стране сразу «вытягивает» текстиль в плюс. Поэтому, если государство действительно сможет увеличить ВВП, то это автоматически «потащит» текстиль за собой.

- Решит ли это проблему конкурентоспособности продукции?

- Когда мы говорим о конкурентоспособности, то, прежде всего, имеем в виду соотношение «цена-качество». В этом смысле наши ближайшие конкуренты – Китай и Пакистан. Единственное, как мы можем им противостоять – повышать рентабельность производства. Это произойдет, когда российскому производителю энергоресурсы будут доставаться дешевле, чем розничному потребителю – после отмены перекрестного субсидирования (и объективно дешевле, чем западному, потому что у нас их больше). Второй путь – оснащение предприятий современным западным оборудованием: при одинаковом объеме производства численность занятых снижается в 3-4 раза. Опять же, мировой опыт подсказывает, что, чем меньше участие людей в производстве, тем стабильнее качество. Ивановские промышленники это понимают и активно занимаются перевооружением.

Власть

- Власти, на мой взгляд, надо сосредоточиться на том, что текстильные предприятия не платят налоги. Но одни не платят меньше, другие больше, третьи скоро будут платить полностью, а кто-то – не будет никогда. Есть и такие, кто начинает работать (но не платить) только когда появляется спрос.

Задача власти ясна: нужно создать равные конкурентные условия. Казалось бы, решение лежит на поверхности: давайте заставим платить - всех и 100%. С завтрашнего дня. Хотелось бы, и руки чешутся. Но тогда придется думать, что делать с занятым в текстиле населением <потому что это остановит многие предприятия>.

- Возможно ли заставить платить всех? Как быть с теми, кто находится в процедуре банкротства (таких предприятий, по данным областных экономистов, около 80%)?

- Состояние банкротства избавляет от уплаты только некоторых налогов. Основные налоги, которые формируют областной бюджет – это налог на имущество и налог на доходы физических лиц, плюс налог на прибыль – в гораздо меньшей степени. Работающее в любом режиме предприятие (в том числе и находящееся в состоянии банкротства) первые два налога платить обязано.

У налога на доходы физических лиц (подоходного налога) есть одна особенность: он не администрируется налоговыми органами. Определить, правильно ли он начислен и уплачен, можно только после проверок. То, что предприятия не платят этот налог – недоработка местных властей и налоговиков: они недостаточно требуют, не поставили в жесткие условия. В принципе, с этой задачей легко справиться.

- Как?

- Можно просто посадить директоров.

- Это уже решение не экономическое, а политическое…

- Нет, чисто юридическое. Я ведь не призываю сажать без суда и следствия: за такие вещи предусмотрена уголовная ответственность. Если я директор, удерживаю с подчиненных положенный процент от зарплаты и не перечисляю его государству, получается, я присваиваю эти деньги.

- Не примешивается ли к этому проблема официальной и неофициальной зарплаты?

- Как бывший директор скажу совершенно четко: на крупных предприятиях зарплату в конвертах платить практически невозможно. Теоретически это может касаться только высшего руководства, но не всего трудового коллектива. Судите сами. На Колобовской фабрике у меня в подчинении было 850 человек. Неужели вы думаете, что если бы я выдал им зарплату «в конверте», это через два дня не стало бы известно прокуратуре?

Поэтому губернатор вполне может хоть завтра пригласить к себе Мурата Кабалоева, Александра Забегалова, Елену Маркову (руководителей областных прокуратуры, УВД и УМНС - Ч.Ru) и сказать, чтобы они ознакомили господ директоров с представлением об уплате подоходного налога и с предупреждением: не заплатят через две недели, будет заведено уголовное дело. Заплатят все как миленькие. Вам хочется, чтобы против вас завели уголовное дело? Мне – нет, им тоже не захочется. Другое дело, что мы таким образом можем остановить предприятия, поэтому меры нужно применять обдуманно, в каком-то графике. Но предпринимать нужно обязательно, и я удивляюсь, почему за три с лишним года это не было сделано.

- Почему же не предприняли?

- На мой взгляд, из-за отсутствия политической воли.

- А вы говорите, что решение юридическое, а не политическое…

- Я имел в виду, что ни в коем случае не политический заказ. Конкурентные условия должны быть равными для всех. Пусть платится 50% налогов, но всеми предприятиями.

- А законодательно это можно закрепить?

- Нельзя. По закону, нужно все налоги платить. Но технически это сделать можно.

- Законно?

- Если сегодня мы не получаем налогов вообще, завтра будем получать 50%, а послезавтра – 100%, то впоследствии оправдаемся перед любой инстанцией. Я бы начал с того, чтобы наладить поступление всех текущих налогов, а потом заключил бы соглашение о погашении задолженностей – на льготных условиях, как это делается во всем цивилизованном мире, где просроченные долги – всегда предмет торга. Что мы получим? Число предприятий снова уменьшится. Главное - не мешать этим естественным процессам. Вмешиваться лишь там, где текстильное предприятие – единственное место работы, искать пути решения проблемы (трудоустраивать всех – очень затратно): например, бесплатно возить людей в ближайший крупный город на работу и пр.

Три года в этом плане просто потеряно. Если бы рабочая сила высвобождалась медленно, то нагрузка на областной бюджет была бы посильной и равномерной.

Так что не надо озабочивать себя развитием текстиля – это не дело государственной власти. Требование чиновников к предпринимателям должно быть, по сути, одно: дайте нам свой прогноз. Если в каком-то поселке через три года фабрики не будет, властям надо знать это сегодня.

- Это реально?

- Да. Надо войти в режим переговоров, не нужно приклеивать политические ярлыки. Сегодня мы – в том числе при помощи ваших коллег-журналистов – запугали даже добросовестных собственников. Закрытие предприятия становится темой для разгромных публикаций, бесед губернатора с текстильщиками и так далее. Но загляните в устав любого предприятия: цель его работы – получение прибыли, оно не имеет права работать в убыток. Предприниматель платит налоги государству затем, чтобы оно заботилось о тех людях, которые могут оказаться ему не нужными. Так пусть государство выполняет свою задачу. Осуждением мы загоняем проблему внутрь и имеем то, что имеем: работающие, но не платящие налоги предприятия, на которых работники получают нищенские зарплаты.

- Может, тогда сначала стоит разобраться с уплатой налогов, а потом уже принимать закон о господдержке?

- На мой взгляд, это процессы параллельные и строго одновременные. Мы должны отдавать себе отчет, что принятый закон не решает проблем текстиля. Он только позволяет чуть смягчить ситуацию в отрасли – в основном, для работающих предприятий. Это небольшой жест со стороны власти: мы освобождаем вас от части налогов, используйте эту сумму по своему усмотрению – в расчете на стабильную работу и рост налогооблагаемой базы.

Государство объективно не может помочь текстилю в Ивановской области. Наш годовой бюджет сегодня – около 7 млрд, подавляющее большинство расходов – это обязательные платежи (зарплаты бюджетникам, медобслуживание, образование и т.п.). Реально распределяем мы меньше 1 млрд рублей. Объемы производства текстиля превышают 20 млрд рублей в год. Даже если мы подарим текстильщикам 50 млн, они не решат ни одной проблемы.

Но в отношении текстиля должны быть стройная политика.

- Но ее нет…

- Нет. Есть разделение властей.

- И разделение политик: вы закон приняли, а на собираемость налогов повлиять не можете…

- Самое интересное, что сами собственники готовы к тому, чтобы платить налоги в полном объеме – их уже не устраивает этот дамоклов меч. Текстиль сам будет нормально и стабильно работать, платить зарплату и налоги. Нужно создавать другие отрасли – прибыльные, привлекательные, которые поднимут область. Для нашего региона диверсификация очень актуальна – это единственный шанс подняться с «колен».

- Про «колени» - это актуально: по материалам исследования, опубликованного в журнале «Эксперт», уровень бедности в Ивановской области – самый высокий. Выше - только в Ингушетии…

- К сожалению, проблем в Ивановской области сегодня больше, чем найденных решений. У меня нет никаких иллюзий – мы живем плохо. Но, с другой стороны, любой подъем в государстве коснется и нашего региона. Также мне ясно, что оценить деятельность администрации по сиюминутным успехам невозможно. Ивановская область – довольно инерционная система, и можно утверждать, что и наши успехи, и наши недоработки скажутся только через три, пять, семь лет, когда никому и в голову не придет, что это хорошо сработали или, наоборот, недоработали Тихонов, Коньков или еще кто-то. Надо отдавать себе в этом отчет.

- Но ЗС все-таки взялось, например, за оптимизацию структуры областной администрации…

- Главное – поддерживать интерес к этой теме. Определенных успехов мы уже достигли: администрация создала собственную комиссию и работает в этом направлении. Прошлой осенью произошло существенное повышение зарплат госслужащих, и в этих условиях уже можно делать подбор квалифицированных кадров. Вместо этого все чиновники просто получают больше денег. Губернатор постоянно говорит о том, что ситуация в регионе улучшается. И они чувствуют себя эффективными управленцами, а это не так.

Стратегия

- Для тактических удач достаточно наладить дисциплину. Для стратегических успехов этого мало. Законодательное собрание сегодня одной из основных своих задач считает максимальное льготирование любых инвестиций. По оценкам председателя Торгово-промышленной палаты Леонида Иванова (я считаю его неангажированным человеком), наше законодательство с точки зрения инвестпривлекательности занимает 12-ое место в России. Но на совете законодателей Герман Греф заявил, что эти льготы у инвесторов стоят на пятом-шестом месте по важности. На первых двух – гарантия собственности и простота оформления. Сюда мы даже еще шага не сделали. Третье место занимает подготовка площадок под инвестиции: подвод инфраструктуры и т.п. Это тоже непаханое поле. В идеале нужно предоставлять готовую площадку (положим, под строительство многоквартирного дома) – с подведенными коммуникациями, документацией, рекомендациями (например, не строить выше такой-то высоты), расчетами, сколько налогов и прочих платежей придется заплатить, какова ориентировочная рыночная стоимость квартир, чтобы инвестор мог рассчитать сроки окупаемости и т.п.

У нас все наоборот: ах, инвестор… Вот тебе площадка, газ сюда подведешь сам, воду, дороги заодно построишь, да еще автобус пустишь – людей возить. А вот в этот карман нужно отстегнуть…

- А мы еще референдум проведем, будешь ли здесь работать вообще…

- Это просто катастрофа для инвестиций. Господдержка должна быть комплексом мер. Отдельные льготы и даже снижение таможенных пошлин на ввозимый хлопок, оборудование и прочее - не принципиальны для развития текстиля. Как только текстиль выйдет на нормальную рентабельность – выше 10%, никаких проблем с деньгами у него не будет.

- Павел Алексеевич, разделяете ли вы опасения, что с ликвидацией прядильно-ткацких производств мы потеряли важное звено в производственной цепочке и это угрожает отрасли?

- Главный показатель бизнеса – способность продать. Если сможем продавать больше, то через некоторое время восстановим все промежуточные операции. Кроме того, новые производства будут оснащаться современным оборудованием, для производства более широких тканей – 5 метров и более.

- Так все-таки текстиль – это бизнес?

- Да, он приносит маленькую, но прибыль. О том, что здесь можно зарабатывать деньги, косвенно говорит тот факт, что текстильные предприятия-банкроты скупают, юридически очищают от долгов, налаживают менеджмент и выгодно продают. Правда, это совсем другой бизнес…

- Значит, текстильщики работают сегодня на перспективу: когда поднимется уровень жизни, спрос и т.п. А чтобы продавать лучше, объединяют усилия, как альянс «Русский текстиль» и «ТДЛ - холдинг», создают управляющие структуры, как ТХ «Яковлевский»…

- Укрупнение предприятий – это естественный рыночный процесс. Он наблюдается на территории области уже лет 6-8: если 10 лет назад, чтобы договориться с текстильщиками, губернатору нужно было пригласить к себе 40 человек, сегодня достаточно 10-ти. Эффект такой политики очевиден: снижаются постоянные издержки, легче контролировать рынок, в том числе и по ценам. Когда договариваются Тейковский ХБК и «Красная Талка» - крупнейшие производители фланели, то надо осознавать, что для рынка это хорошо, но делается в ущерб нам, потребителям.

Елена Новгородова

10 Мая 2004, 16:18 +88

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...