Олег Меньшиков: «Я никогда не был ребенком»

Известный актер дал эксклюзивное интервью газете «Частник»

«Покровские ворота», «Утомленные солнцем», «Статский советник», «Мама», «Кавказский пленник», «Восток-Запад», «Сибирский цирюльник»... В творческой биографии Олега Меньшикова, пожалуй, нет «проходных» работ. Он разборчив в предложениях, его снимают лучшие кинорежиссеры, а имя Меньшикова на театральной афише является гарантом аншлага. 18 января ивановцы смогли оценить режиссерскую и актерскую работу народного артиста России, став зрителями спектакля «1900-ый». А на утро после выступления состоялась наша беседа.

 - Олег Евгеньевич,  моноспектакль – это всегда риск. И о вашем «1900-ом» пишут по-разному. Вас задевает критика? Вы ее читаете?

- Раньше читал, даже собирал, потом мама стала собирать… Но со временем я перестал читать критические заметки вообще. Я понимаю, что к искусству в большинстве случаев критика имеет мало отношения, скорее это личностное отношение критиков и журналистов ко мне. У нас есть группа критиков, которые считают, что знают театр и определяют течение современного российского театра. Они называют, что хорошо и что плохо. Я не согласен с ними – я считаю, что хорошо другое… То есть вся критика спектаклей – это борьба со мной. Мне уже это неинтересно. В среде публики у меня, конечно, больше доброжелателей.

- Ваш герой – человек, который прячется от действительности. Вам самому не хочется порой убежать от действительности?

- Я не знаю, что такое действительность. Да и никто, наверное, не знает. Мы все живем в какой-то скорлупе, из которой иногда вынуждены выходить, нас заставляют высовывать голову. С другой стороны, зачем уходить от действительности? Это наша жизнь, пусть иногда и плохая… Но в наших силах что-то поменять и изменить, чтобы она была лучше.

- Вы говорите, «роли – продолжение жизни». Случалось так, что роль подсказывала ответ, необходимый в вашей жизни?

- Нет, роль для меня – это профессия, и я считаю, что артист в первую очередь должен быть профессиональным. А вдохновение и все остальное – дело наживное. Если ты не обладаешь профессией, то никакое вдохновение не поможет. Чем страдает современное кино и театр: артисты перестали быть профессиональными, они знают набор каких-то приемов и штампов и пользуются ими из сцены в сцену. Мне это жутко неинтересно и даже раздражает. Знаете, когда ты видел Евгения Евстигнеева, Олега Борисова, Иннокентия Смоктуновского, Андрея Миронова…

- Теперь такие не рождаются?

- Конечно, есть выдающиеся артисты и сейчас, но их мало. С другой стороны, их всегда было мало, и вообще не может быть много. Но дело не в звездах, вырождается средний актерский класс мастерства, на котором держится театр и кино. Без звезды можно сделать спектакль, а без профессионалов – нет.

- Наша театральная школа так ослабела?

- Да, и очень сильно. Не знаю, от чего это зависит: от уровня преподавания в институтах, засилья сериалов и вынужденной работой в них молодых артистов, которым нужны деньги… Вырождается профессия, к сожалению.

- У вас музыкальное образование. Не хотелось быть актером-музыкантом на сцене?

- Образование у меня скрипичное, но скрипку я лет 30 в руки не брал. А рояль – это хулиганство, я произвожу впечатление, что умею играть (так происходит, например, в спектакле «1900-ый» - Т.Х.). Я, правда, мечтаю создать что-то со старыми песнями, с Вертинским, например, но почему-то руки не доходят.

- Вы играли в паре с великими актрисами. Вы что-то новое поняли о женщинах?

- Сложно сказать. Скорее, я узнал новое о них самих. Я понял, например, что Катрин Денев (которая, кстати, не произвела на меня большого впечатления как актриса) – великая женщина. Это королева! Джулия Ормонд («Сибирский цирюльник» - Т.Х.) тоже хороша, но мы ведь не общались за съемочной площадкой – я сразу уезжал. Когда работал с Катрин Денев, тратил все время на то, что долбил текст на французском. Та же история и с Сандрин Боннэр (фильм «Восток-Запад» - Т.Х.)… Они всегда удивлялись: почему я уезжаю и не общаюсь с ними, ведь я так хорошо говорю в кадре? Они ведь не знали, что я до 4-5 часов утра учу этот текст. Они и не должны этого знать, это мои проблемы. На площадке я отыгрывал дубль и шел в гримерную – учить следующую сцену.

- Если вы и не романтизируете одиночество, то уж точно не боитесь. О чем вы общаетесь с самим собой?

- Ни о чем и обо всем! Это ведь, знаете, такое состояние, словно тебя в тягучую жидкость помещают, у тебя медленно руки двигаются, ноги тоже, голова… Ты будто под наркотой или в космосе… Мысли идут потоком, ты не успеваешь их фиксировать. Но медленность и тягучесть в состоянии одиночества мне очень нравится.

- Вы обращаете внимание на свои сны?

- Я их не всегда запоминаю. Правда, сегодня мне снился кошмар – я был в каком-то страшном доме… А вчера, наоборот, что-то приятное – я иду под солнечным красивым дождем. Если сон неприятный, я использую старый способ: встать, вымыть руки и снова лечь спать.

- В вас есть что-то юношеское… Вы в душе сохранили ребенка?

- Мне кажется, я ребенком никогда и не был! Перед юбилеем мне сказали: «Тебе 50, но тебе 36! Впрочем, когда тебе было 17, тебе все равно было 36»… Как ни странно, я совсем себя не помню в школе, тем более в детском саду. Только мама что-то рассказывает. Я помню себя с первого курса института. Была молодость – бешеная, красивая, ушедшая…

- От чего вы не устаете никогда?

- Да от всего когда-нибудь устаю. Я очень люблю футбол, бани, компании, работу, репетиции, но все равно периодически устаю от этого.

- Как заядлый футболист, вы, должно быть рады, что в России пройдет Чемпионат мира по футболу?

- Да мне уже кажется, что это просто борьба за то, чтобы все проводилось у нас – Олимпиада, чемпионат по футболу, может, по хоккею … Давайте сначала людей накормим, а потом будем чемпионаты проводить!

- Но в Сочи-то в 2014-ом поедете?

- Поеду, конечно, и буду поддерживать, буду орать… Просто считаю, что надо еще и о другом думать.

- Вы считаетесь высокооплачиваемым актером. На что вы любите потратить?

На жизнь, на себя, на любимого, на близких людей. Я считаю, что как деньги приходят, так они должны и уходить. Если деньги копить, тогда их не будет, точно. В принципе, ничего хорошего человечество от денег никогда не видело. Поэтому от этих бумажек, без которых тоже не получается, надо избавляться. Легко мне говорить, человеку обеспеченному, но поймите меня правильно…

- Благотворительностью занимаетесь?

- Занимаюсь.

- Что считаете самым нужным достижением цивилизации?

- Все, что придумала цивилизация, – во вред человечеству. Научно-технический прогресс – против нас. У меня, например, дома нет компьютера и, соответственно, интернета. Я считаю, что это анонимное общение – гадость, оно извращает человеческую природу, убивает людей. Поэтому люди, которые хотят меня обидеть, пусть знают, что я не захожу в интернет. У нас с женой нет потребности в этих кнопках. Кто-то не может без них, а я могу.

Беседовала Татьяна Хейфец

 

25 Января 2011, 16:27 +778

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...