15 августа 2020 г.
22:39:59 Суббота
Добавить новость

Присяжная из Ивановской области, удаленная с процесса об убийстве Бориса Немцова: «Конечно, мне хотелось дойти до конца»

Александра Карасева участвовала в судебных заседаниях несколько месяцев

Бывший преподаватель кафедры истории древнего мира и средних веков истфака Ивановского государственного университета, 60-летняя Александра Карасева, исключенная из числа присяжных по делу об убийстве Бориса Немцова, рассказала «Медиазоне» о своих впечатлениях о суде. 

 «Мы сами добирались своим ходом [до Москвы], — рассказывает Карасева. — Мы жили в одной гостинице. Нас возили в суд и из суда. Нас проинструктировали, как надо себя вести, в соцсетях у меня активности не было, фотографий моих не было, вела я себя аккуратно...

Судья, пусть и осторожно, но подыгрывал обвинению, ставя адвокатов в худшие условия. Например, Семененко (гособвинитель) представляла доказательства свободно и так, как хотела. Но когда адвокаты начали представлять свои доказательства, Семененко не дала им возможности представить доказательства по их плану. Она постоянно перебивала адвокатов, отпускала реплики, говорила одновременно с ними, а на каждое существенное доказательство заявляла ходатайство об исследовании своих доказательств, которые судья удовлетворял. В результате позиция адвокатов представлялась кусками и перебивалась доказательствами обвинения.

Обвинение воспользовалось всеми возможностями и даже нарушило закон, создав негативный образ подсудимых. Судья это не пресекал. А позитивного образа создать защите не удалось.

Сравнивая поведение судьи и сторон дела с двумя предыдущими процессами, [где я была присяжной], я увидела обвинительный уклон. Обвинение на момент моего исключения из коллегии доказало факт создания ОПГ и участия в подготовке убийства Дадаева, Анзора Губашева, Тамерлана Эскерханова, но не убедило в том, что убийство было совершено исключительно по корыстному мотиву и было личным делом обвиняемых».

По мнению Карасевой, обвинению удалось доказать в суде причастность к преступлению Заура Дадаева, Анзора Губашева и Темирлана Эскерханова: «Мнение мое сложилось. У меня сомнения по Бахаеву. Шадид Губашев, да, был перевозчиком и встретил Беслана Шаванова, был втянут в дела этой группы. Но вопрос — насколько это все было осознанно?».

1 марта судья исключил Александру Карасеву из коллегии из-за того, что в октябре 2016 года она была представителем в суде по трудовому спору в Ивановской области.

Карасева рассказывает, что это был трудовой спор о незаконном увольнении преподавателей, которым она занималась как член профсоюза «Университетская солидарность». «О том, что я была представителем в суде по трудовым спорам в 2015-2016 годах, я сообщила при отборе в коллегию присяжных, секретом это не было изначально», — говорит она.

«Это был скорее формальный предлог для удаления», — уверена Карасева.

Карасева предполагает, что ее удаление может быть связано с тем, что она трижды попросила судью показать детализацию переговоров Тамерлана Эскерханова. «Эту детализацию представила его адвокат Анна Бюрчиева. Мы ее смотрели мельком. Когда встал вопрос, работал ли Эскерханов на Гурария и занимало ли у него это весь день, встал вопрос о том, что он выезжал за пределы Москвы в Ростовскую область, я просила посмотреть детализацию именно за эти дни, чтобы выяснить контакты с Геремеевым и Мухудиновым. Причем в записках в суде я указывала лиц, разговоры с которыми меня интересовали», — поясняет она.

Во время заседания судья Житников попросил ее «прояснить мотивы» вопроса, вспоминает Карасева: «Я вынуждена была встать, объяснить. Судья никакого решения не принял, детализацию не предоставил». «Учитывая то, что суд всячески уходил от оценки убийства как политического, от мотивов помимо коммерческих и от связей с Геремеевым, я думаю, что это нежелательно было в первую очередь для обвинения», — предполагает она.

«Я пять месяцев ездила два раза в неделю из Иваново в Москву, из Москвы в Иваново. Это работа. Когда сидишь на судебном заседании, не просто отсиживаешь, а сидишь и анализируешь. Конечно, мне хотелось дойти до конца», — сожалеет Карасева. Она вспоминает, что во время оформления документов после исключения из коллегии ей «открытым текстом дали понять, что в случае нарушения обязательств подписок о неразглашении меня при желании могут привлечь не только по прописанным в подписках статьям УК, но и за воспрепятствование правосудию, а также "организовать" дело за получение взятки или мошенничество».

«Как я поняла, мое исключение было воспринято некоторыми присяжными как предупреждение о том, что "лишних" вопросов задавать не надо, и как напоминание о том, что за присяжными наблюдают», — говорит Карасева.

20 Июля 2017, 12:37
+3263