Александр Стофорандов: «Надо отдавать себе отчет, что экономим мы в том числе на качестве»

За то время, что существует департамент конкурсов и аукционов, его работа отлажена? С моей точки зрения, отлажена, причем, если иметь в виду качество, то на достаточно высоком уровне. Во-первых, здесь работают опытные кадры: большинство сотрудников департамента – работники бывшего комитета по управлению государственным имуществом (КУГИ). Перед тем, как начать работать по новому закону, они прошли обучение, участвовали в семинарах, проводимых для госзаказчиков Ивановской области. Во-вторых, самим действующим федеральным законом определен более четкий порядок осуществления закупок для государственных и муниципальных нужд. Самые принципиальные, на ваш взгляд, отличия между старым и новым законом. Это единственный нормативный акт, где как цель определена «борьба с коррупцией». Механизм, прописанный в законе, делает заключение размещение госзаказа и выход на заключение контракта с поставщиком открытым и прозрачным. Любая коммерческая структура, которая имеет интерес к предмету конкурса, может ознакомиться с документацией, делать видео- и аудиозаписи во время проведения конкурсной процедуры. Конверты с заявками вскрываются непосредственно при проведении конкурса. Когда подводятся итоги, информация также озвучивается публично, размещается на сайте правительства Ивановской области и официальном органе правительства – «Ивановской газете». Часто ли причиной неучастия в конкурсе становится неправильное оформление конкурсной документации? В последнее время таких случаев все меньше и меньше. Кто разрабатывает конкурсную документацию, формулирует требованию к исполнителю госзаказа, к приобретаемым товарам и услугам? Документацию готовит непосредственно госзаказчик. Мы ее согласовываем, проверяя, чтобы она соответствовала требованиям закона. Госзаказчиками выступают не только государственные органы, но и государственные учреждения, так как они тоже являются получателями бюджетных средств и при их расходовании должны соблюдать процедуру, прописанную в законе. В Ивановской области их достаточно много – больше ста. Каждый обращается в департамент конкурсов и аукционов не по разу, поэтому объем работы у нас значительный. Мы проводим по нескольку конкурсов (которые могут состоять не из одного лота) три раза в неделю. Работы хватает. Так что мы очень рассчитываем на то, что штат департамента будет увеличен. Тем количеством людей, которые работают здесь на сегодняшний день, - а это всего 15 человек - мы, конечно, справляемся, но нагрузка на сотрудников очень велика. Боюсь, это начнет сказываться на качестве. Кто определяет цену, указанную в конкурсной документации? Тоже госзаказчик. Часто они определяют цену, исходя из того, сколько денег им выделено на те или иные закупки. Но это всего лишь начальная цена – максимум, что может заплатить государство за товар или услугу. Когда цена закупки по результатам конкурса оказывается в два раза ниже начальной, что это? Неправильный изначальный расчет, стремление сэкономить любой ценой, в том числе жертвуя качеством? Экономия средств у нас очень значительная, так как основным критерием при проведении конкурса является цена – ее «удельный вес» при принятии решения составляет процентов 70. Остальные 30 - соответствие определенным требованиям. Вы считаете, это правильно? Нет. Иногда все-таки лучше заплатить подороже и приобрести качественный товар или услугу и иметь какие-то гарантии. Поэтому очень важно, какие условия прописаны в документации (остальные 30%)– они не позволят победить тем, кто не соответствует требованиям, хотя и предлагает низкую цену. Я, кстати, саму процедуру конкурса не очень приветствую. Мне больше нравятся аукционы. Эта форма открытого торга между поставщиками, на мой взгляд, более оптимальна, чем конкурс. Если закупил дешевое, но некачественное, оно сломалось, требуется снова, он просит денег… На это есть контрольно-ревизионные органы, мы это не проверяем. Наша работа заканчивается на этапе подведения итогов конкурса. После этого, на основании протокола конкурса заключается контракт. Его подписание и ведение - зона ответственности госзаказчика. Он следит за выполнением условий контракта, за качеством поставляемой продукции и т.п. По старому законодательству госзаказчики сами проводили конкурсы, и контролировать этот процесс было очень сложно. Что для вас является критерием эффективности вашей работы: количество проведенных конкурсов? Сумма сэкономленных средств? Что? А как определить эффективность Уголовного кодекса? Перед нами ставится задача не сэкономить деньги (хотя, безусловно, это очень важно и мы к этому стремимся), а провести процедуру так, чтобы она соответствовала требованиям российского законодательства (не только № 94-ФЗ). Если все соответствует и нет нареканий со стороны правоохранительных органов, то мы сработали эффективно. Мы отлаживаем механизм проведения конкурсов и как следствие – экономим бюджетные средства. Ошибки могут быть вызваны либо некомпетентностью, либо предвзятостью. Прецедентов не было. Мы все делаем правильно. Я доверяю нашим специалистам и не сомневаюсь, что все, что они делают, соответствует закону. Я прекрасно знаю деловые качества и потенциал каждого сотрудника. Кроме того, открытость и прозрачность процедур сводит на нет все возможности чиновника сманипулировать, подыграть кому-то. Плюс департамент находится под постоянный контролем, и если выявляется существенное нарушение, то результаты конкурса отменяются. Практика показывает, что цена, по которой осуществляются поставик, гораздо ниже начальной. Пример: при начальной цене в 558 тысяч рублей кровати для медучреждений по заказу департамента соцзащиты были закуплены за 268 тысяч – с разницей больше чем в два раза! Эти кровати – хороший пример. Считаю это недостатком закона. Я бы все-таки сбалансировал цену и условия. Но другого механизма оценки, кроме той, что есть, на сегодняшний день нам не предложено. Куда идет та разница в цене, которую удается сэкономить в результате проведения конкурса? Перераспределяется. Но надо отдавать себе отчет, что экономим мы в том числе на качестве. У предпринимателей есть предложение: привлекать консультантов – экспертов в своей области (мебели медицинского оборудования), которые знают рынок, производителей и продукцию и могли бы высказать свое мнение на этот счет. Я только за. Такая форма сотрудничества предусмотрена законом? Она не запрещена. Но даже навскидку возникает ряд вопросов: по оплате работы эксперта, наличию у него опыта и квалификации, по гарантиям непредвзятости. Если таким экспертам платить из бюджета, то придется проводить конкурс на их услуги… На сегодняшний день предполагается, что эксперты – госзаказчики, которые составляют конкурсную документацию, закладывая определенные требования, и мнением которых руководствуются сотрудники департамента, проводящие конкурс. Естественно, мы понимаем, что закон сырой. Он будет меняться: сейчас нарабатывается практика, законодатель прекрасно понимает недостатки. К примеру, отсутствует перечень одноименных товаров, что позволяет дробить заказ и закупать на сумму менее 60 тысяч рублей у единственного источника. С другой стороны, я бы предложил поднять планку выше 60 тысяч, чтобы контролировать действительно крупные закупки. Осложняет работу и то, что люди тяжело привыкают к тому, что в сфере госзакупок теперь все жестко регламентировано и что эти требования закона нужно выполнять. Елена Новгородова novgorodova@chastnik.ru
04 Сентября 2006, 14:45 +94

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...