Андрей Фитце-Ланской: «Русский должен жить в России»

Потомок известных дворянских родов из Плеса с любовью

Беседовала Татьяна Хейфец 

О ребенке первой волны русской эмиграции мы писали в конце прошлого года - когда в свет вышла книга графа Андрея Фитце-Ланского "Унесенные листья". Первоначальная задумка автора - создать семейную летопись для своих сыновей - вышла за рамки личной истории, вызвав интерес широкой аудитории. Более того, от Ланского теперь ждут продолжения истории, которая заканчивается еще до рождения самого рассказчика. Нам тоже захотелось задать несколько вопросов Андрею Борисовичу, и мы встретились накануне Нового года.

 

- Андрей Борисович, вы помните свое детское ощущение Нового года?

- Новый год всегда был для нас большим праздником. И когда мы жили во Франции, и когда были в Турции, русская община собиралась и отмечала торжество. На Рождество мы готовили службу: во Франции приглашали батюшку в дом, а в Стамбуле была православная церковь, и мы туда ходили. Русский менталитет сохранился, поэтому встреча Нового года и Рождества для нас не особо отличалась от того, что происходило в России. Нам, детям, дарили игрушки и сладости, как и всем. Однако мы понимали, что у нас необыкновенная жизнь и особая судьба. Мы хотели, чтобы наши родители и наши русские друзья были счастливы. Всем было трудно жить за границей, особенно старикам, которые уже не могли устроиться на работу.

- Вы жили в разных странах. Какую считаете своей родиной?

- В России жило и умерло много поколений моих предков, и в течение тысяч лет наша семья защищала эту страну. А во Франции мы жили 70 лет. Где наша родина? Конечно, в России! Это очень просто. Родина - это не та, которая самая богатая, самая умная или самая удобная, родина там, где жили твои предки. Конечно, мои родители и другие русские были адаптированы во Франции, внешне нас было не отличить от французов. Но в душе мы чувствовали себя чужими, потому что у нас были свои вопросы и своя история - совсем другая. Я изучал французскую историю и культуру и понимал, что православная религия, наша культура - шире. Мы считали себя богаче французов.

- Когда вы ощутили потребность приехать в Россию?

- Я всегда очень хотел это сделать, как и мои родители, которые не могли вернуться на родину - на них было клеймо "врагов народа", реакционеров, они потеряли гражданство. Они отправили меня в Россию со студентами, когда мне было 18 лет - в 1961 году, во время хрущевской оттепели. Они хотели, чтобы я им рассказал, как здесь люди живут, как общаются, как принимают и все остальное. Меня душевно приняли мои тетки - сестры матери. Я это никогда не забуду! От них я поехал в Сочи, посетил Киев.

- А помните ваше первое впечатление от советской России?

- Первое впечатление было хорошее, несмотря на большой дефицит одежды, продуктов и проч. Я отправился с тетей в ГУМ, она искала пальто, но безуспешно. Ходили на базар за фруктами, но нашли только зеленые яблоки. Для меня это выглядело странным, потому что в Европе всегда все было. Но в России я видел, что у людей были связи, благодаря которым они и обеспечивали себя. Так было и с моими родственниками. Судьба распорядилась так, что одна тетя провела в лагерях 25 лет при Сталине, другая преподавала в МГУ и состояла в компартии. Когда мы оставались один на один и могли поговорить, я заметил, что тетка, которая преподавала в МГУ, была большей монархисткой, чем та, что отсидела в лагерях. Она, кстати, и собирала все семейные фотографии.

- Почему вы выбрали Плес для житья?

- Случайно. Последние 20 лет я часто работал и жил в России, помогал устроить здесь Академию госслужбы, в том числе в Иванове. Я всегда знал, что, когда выйду на пенсию, куплю себе дом, только не знал, где. Но в 1998 году меня пригласили в Плес на Новый год, он мне очень понравился, и я купил дом там. Оказалось, это судьба: уже купив дом, я узнал, что мой прадед Сергей Степанович Ланской был губернатором в Костроме. Плес принадлежал Костромской губернии, значит, мой прадед ходил по улицам, по которым теперь хожу я! Кстати, затем прадед пошел служить во Владимир, значит, был главой Иванова, а потом он был министром внутренних дед у Александра II.

Я на пенсию вышел в 2002 году, с тех пор постоянно живу в России.  И, кстати, живу счастливо! Я знаю, что такое жить за границей. И поэтому утверждаю - можно жить хорошо и в России.

- Каково это - жить в российской провинции?

- Нормально. Я же не отрезан от жизни. У меня интернет, спутниковое телевидение и все, что нужно для связи с миром. К тому же, я путешествую. Так, в декабре я был с камерным хором "Шереметев-Центра" во Франции, и они высоко подняли флаг области! Их прекрасно принимали, и мне было это очень приятно. Гордиться быть русским - это удовольствие!

- Какие, по-вашему, причины сегодняшней эмиграции?

- Люди живут мечтами, иллюзиями, стереотипами. Так девушки, которые отправляются за рубеж в поисках заморского принца, думают, что найдут там свое счастье и более высокий уровень жизни. На самом деле они многое теряют - родину, семью, корни, даже себя - привычки, религию. Если там родился ребенок, то женщины уже не могут вернуться в Россию - им не отдадут ребенка. Это огромная проблема. Я видел новых эмигрантов в последний свой приезд во Францию, и знаете, они все жалеют о своем отъезде! Помню на концерте хора одного мальчика, Рому, он плакал, слушая наши песни. У него никого не осталось здесь, ему не к кому возвращаться.

За границей вовсе нет рая, там свои экономические проблемы. Русский должен жить в России! Мы, вынужденные эмигранты, всегда хотели вернуться. Нам не нужно было, чтобы вернули нашу собственность, просто хотели жить на своей родине. И когда я приехал в Россию, то понял, что смогу легко тут жить - во мне сохранили все русское. Не нужно было адаптироваться.

- Но ведь уезжают не только девушки с иллюзиями, но и ученые…

- Я знаю одного русского профессора, который работал со мной в университете в Туре. Он уехал во Францию, женился и тоже потерял свои корни. Ведь французы живут по-другому. Мне как сыну эмигрантов было тяжело привыкать к жизни с французами: подростком я шесть лет провел в пансионате для иезуитов, и за это время ни один французский приятель не пригласил меня к себе в гости! Приглашал русский офицер - приятель моего отца. Для меня это было странно, мы - русские - постоянно собирались вместе: пели, гуляли, общались. Это совсем другой образ жизни. Это самое тяжелое за границей: если у вас нет семьи, вы очень одиноки. То же самое будет в Германии, Англии.

- Ваши сыновья не хотят жить на родине предков?

- Мои сыновья - абсолютные французы, их мать француженка. Они приезжали ко мне в Россию неоднократно, но это уже другая история, их место не здесь. Они не говорят по-русски. Мы рано развелись с супругой, она не принимала мою тягу к родине. Считала, что я слишком много говорю про Россию, это вредит детям. Я не смог это терпеть и, чтобы не потерять детей, развелся. Потом я смог свободно общаться с ними. У одного из моих сыновей русская жена, и маленькая внучка понимает русский язык. Значит, кое-что осталось!

- Как вы думаете, чего людям не хватает для счастья, где бы они ни жили?

- Интереса к жизни. В жизни столько увлекательного, нужно жить "с открытыми глазами". Я занимался и археологией, и литературой, интересовался историей, музыкой, математикой, физикой, финансами и многим другим. Нельзя быть пассивным, скучным, ограниченным. Люди больше заботятся о материальном, а нужно заботиться и о душе.

- У вас остались какие-то привычки или пристрастия от тех стран, где вы жили?

- Чего мне не хватает в России от Франции, так это хорошего сыра!

- Каков сегодня ваш круг интересов? Чему вы посвящаете свое время?

- Я большой любитель классической музыки, хожу на концерты. Еще мы с супругой любим туризм, летом катались на тримаране по Волге. Занимаюсь литературой, вы знаете, я написал книгу, и теперь у меня требуют продолжения. Буду продолжать, если хватит сил.

Очень люблю историю и много лет пытаюсь найти ответ на больной для себя вопрос: почему произошла революция в России. Я прочитал много книг, но так и нашел ответа. Когда я жил в Москве и снимал квартиру, моим соседом был ветеран гражданской войны. То есть он воевал против моего деда. Потом он участвовал во второй мировой. Он святой человек! Я не стал его спрашивать, почему он был на  гражданской, не хотел его обидеть. Наверное, у него были причины. Я уверен, если бы не было такой беды, как революция, все эти люди могли жить друг с другом и построить богатую сильную Россию. Можно понять, почему нас до сих пор проблемы с демографией. Посмотрите на ХХ век: первая мировая, потом гражданская, репрессии, вторая мировая, снова репрессии, голод и т.д. Сколько мы людей потеряли! Это невозможно скоро возместить.

- Что вам дает материальную защищенность?

- Я получаю приличную французскую пенсию. Во Франции пенсионер получает 75% от последней зарплаты (за последние 6 месяцев). То есть пенсию начисляют от твоих высших достижений, к которым ты пришел в карьере. А здесь? Любой человек, вне зависимости от своих заслуг, получает одинаково мало. Но во Франции тоже не любой пенсионер живет достойно. Самая маленькая пенсия - 600 евро, и с ней не много себе позволишь. Хор, посетивший Францию, заметил, насколько там дорогая жизнь. То есть разница в жизни не такая большая. Ведь не важно, СКОЛЬКО ты получаешь, важно, ЧТО ты можешь купить на эти деньги. Это я как экономист говорю. Если ты получаешь миллион и платишь 800 тысяч налога, это не значит, что ты богат.

Главное - моя душевная защищенность. Я нашел великолепную семью - у моей супруги Любы еще жив отец, ему 95 лет. Он меня хорошо принял, не посчитал врагом народа. Хотя я до сих пор сталкиваюсь с негативом в адрес той послереволюционной эмиграции.

- А чувствуете ли, что вы - граф?

- Конечно, это красивое слово. Но не более. Я никогда не жил как граф, мои родители - тоже. И для французов я не был графом, они вообще не знают, кто такой Ланской или Шереметев и даже Юсупов. Во Франции я гордился не тем, что я граф, а тем, что я русский. Я горжусь, что в роду Ланских не было известных военных, предки поддерживали искусство. Замечаю, что этот титул больше нравится людям, чем мне. Это просто новые веяния, традиции, и только. Главное в человеке не титул, а его дела.

 

 

17 Января 2011, 10:20 +801

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...