Добровольно-принудительная благотворительность

Встреча журналистов с исполнительным директор фонда "Институт экономики города" Мариной Либоракиной, состоявшаяся благодаря региональной общественной организации "Открытая Россия", была посвящена анализу взаимоотношений города и бизнеса.

Должны ли предприниматели помогать власти материально, как и в чем? Сегодня очень модно говорить о социальной ответственности бизнеса - именно она помогла, например, реконструировать кварталы бедноты в американских мегаполисах. Но применительно к России это сложный и конфликтный вопрос - кто, кому и что должен. В первую очередь потому - считает Марина Либоракина - что российские предприятия располагаются в таких местах, где ни логика бизнеса, ни логика конкуренции не позволила бы им существовать в принципе. Но они работают там, так как существуют с советских времен, и их закрытие будет означать исчезновение целого города, а то и региона. Эта изначальная конфликтность очень сильно усложняет нам жизнь, но - вместе с другими поводами - сделала разговор содержательным и насыщенным.

Почем доброе слово?

Первой проблемой, как ни странно, стала чисто журналистская - писать о бизнесе и о его социальных проблемах бесплатно или нет? Сам бизнес считает естественной ситуацию, когда предложение описать его замечательный опыт социальных программ подразумевает, как минимум, частичное финансирование публикации, книги и т.п. Существует целая теория на тему о том, почему нужно брать деньги за публикацию сведений о социальных программах бизнеса - потому что это скрытая реклама, потому что упоминание фирмы на страницах печати повышает ее репутацию, увеличивает продажи, способствует капитализации и т.п. С другой стороны, возникает иллюзия, что все покупается и продается, что добрые дела и забота о людях - это cпланированная акция.

И первая проблема логично перетекла во вторую - платить за такую информацию или нет. Директор проекта "Открытая Россия" Ирина Ясина (по ее словам, олицетворяющая тот самый социально ответственный бизнес) с сожалением констатировала, что "мы вообще перестали давать о себе какую-либо информацию, потому что мы - общественная организация, фонд, организованный акционерами компании "ЮКОС":

- Когда журналисты видят наши проекты - например, компьютеризацию сельских библиотек, они сначала говорят, что это им интересно, потом спрашивают, кто мы, а когда узнают, что "ЮКОС", Ходорковский, требуют денег. Мы говорим: "Нет. Если вам интересно про компьютеризацию сельских библиотек - пишите. Если вы хотите расценивать это, как рекламу "Открытой России", мы в этом не заинтересованы". Всегда существует дилемма. Рассказывать о проекте, либо делать дополнительные вложения в проект - по стоимости это часто сравнимые вещи, и это очень обидно. Что лучше: купить принтер в еще одну библиотеку или сделать несколько публикаций? Я всегда делаю выбор в пользу сканера, принтера и т.п. Это тоже политика.

Разделяй и отдавай

По мнению Марины Либоракиной, стоит разделять, на какие деньги осуществляется "забота". Одно дело, если вы издаете свою книгу на деньги гранта и пытаетесь "продать" место в ней. Другое - если издание частное, и публикация в нем осуществляется по бизнес-условиям. Если социальная акция, финансируемая из прибыли, из частных доходов акционеров - "подарок" в пользу общества, то, в условиях развитого законодательства, об этом пишут бесплатно. В то же время у нас, как всегда, не все так просто, и сама Марина Ивановна привела замечательный пример к рассказу о социальных программах бизнеса:

- Какие крупные акции бизнеса привлекли в последнее время общественное внимание? Архангельская область. Компания "Алроса" передала в качестве безвозмездной финансовой помощи в бюджет области 225 миллионов рублей. Они пойдут на погашение задолженности по детским пособиям, строительство больниц и школ, финансирование программы по модернизации теплоснабжения. Цели, бесспорно, общественно полезные. Из того, что уже сделано: построен громадный отель, открыты библиотеки. Почему они это делают? Объяснение: "Алроса" разрабатывает самое большое в европейской части России месторождение алмазов, хочет продать свою долю и им нужен западный инвестор. На самом деле: 225 млн. рублей оказались в бюджете, чтобы у компании не было проблем со строительством ГОКа. Губернатор Архангельской области Анатолий Ефремов открыто выражает свою позицию: "Я всем, кто бы к нам не пришел, говорю, что работать вы будете по российским законам и по нашим правилам. Любое предприятие, которое пришло в область, должно нести социальную нагрузку. А если оно не захочет, то я не подпишу соглашение о сотрудничестве. Отношение к этой компании будет соответствующее". Журналист из "Эксперта", который брал интервью у господина Ефремова, спросил: "А если кто-то вас не послушает?". На что губернатор ответил: "Пусть только попробуют. У нас одних проверяющих комиссий около 50". Итак, по большому счету, это никакая не социальная акция, не благотворительная программа. Это просто дополнительный налог, плата за вход в область. Это административный барьер, который меняет все расчеты инвестиционной привлекательности разработки данного месторождения. Добровольно-принудительная благотворительность - не новость для нашей страны. Но деловое сообщество и ряд прогрессивно мыслящих чиновников из министерства экономического развития обеспокоено тем, что часть этих денег пошла компенсацию долгов по детским пособиям. У нас осталось не много регионов, имеющих такие долги - мероприятия по оздоровлению в этой области проводились достаточно активно, и те, кто прилагал серьезные усилия, все свои долги ликвидировали. Таким образом, средства бизнеса у нас могут послужить своеобразной компенсацией неэффективности работы региональных властей.

Зачем, зачем...

- Зачем бизнесу финансировать те или иные социальные программы? Оставим в стороне вопросы, связанные с милосердием, альтруизмом и прочими человеческими качествами, которых, как вы прекрасно понимаете, не лишены представители нашего бизнеса. Есть еще определенные деловые интересы: растет доверие к компании, улучшается репутация. В этом нет ничего дурного. Это нормальная рыночная ситуация, нормальное экономически мотивированное поведение. Ни в одной стране мира бизнес не стал чистым и социально ответственным без общественного давления. Мне кажется, что популяризация хороших программ бизнеса, хороших технологий в средствах массовой информации, это тот фон, без которого и наш российский бизнес, и транснациональные корпорации свое поведение не улучшат.Я бы хотела привести вам некоторые примеры эффективных технологий, как они выглядят с нашей точки зрения. Поделить их можно на две большие группы. Те, для которых нужны деньги. Мы назвали их технологиями социальных инвестиций. И те технологии, для которых деньги практически не нужны. Те, которые работают на коммуникативных вещах. Технологии социальных инвестиций - это прежде всего конкурсы. Например, самарский, когда муниципальное образование выбирает наиболее значимый социальный проект, и его финансируют. Таким образом, в прошлом году "ЮКОС" профинансировал обучение инвалидов новым профессиям и содействие их трудоустройству. Это фонды местных сообществ - деньги бизнеса, собранные в один общий котел (а заставить крупные компании, которые живут в одном городе, сложиться на что-то, непросто). Гораздо меньше денег нужно, чтобы консультировать людей, создавая общественные советы, сообщать о результатах и планах развития компании, обсуждать острые вопросы. Каждый бизнес хочет увеличивать прибыль. Общество должно создать ему такие условия, когда увеличивать прибыль неприемлемыми для нас способами он никогда не сможет.

Как

- В целом, практика российского бизнеса позволяет выделить четыре общие модели. Первая модель - добровольно-принудительная благотворительность. Символ ее - замечательный храм Христа Спасителя в Москве. За этим стоит презумпция виновности бизнеса, и представление о том, что все равно он должен что-то отстегнуть. С моей точки зрения, это очень вредная позиция, причем и в экономическом плане, так как ее продвигают - мы об этом говорили - неэффективные чиновники. Вторая модель - торг. Какая ответственность? Какая социальная повестка дня? Мы поторгуемся: открыть ларек - значит, купить шприцы в больницу. Следующая модель - это "город-комбинат". Какое местное самоуправление, когда город достраивается до технологической цепочки, которая нужна для обеспечения производства, а человек оказывается в ситуации корпоративного рабства? Наконец, у нас есть пока редкая модель социального партнерства. Каждая модель отличается своим собственным набором характеристик доверия. Например, в социальном партнерстве имеется и доверие населения, и доверие власти к бизнесу. В модели добровольно-принудительной благотворительности на самом деле и население прекрасно понимает, что Храм Христа Спасителя строили не из высоких религиозных соображений. Это не добавляет доверия к бизнесу, и власть к бизнесу относится не как к реальному партнеру, а к тому злостному уклонисту и так далее, которого нужно давить, выдавливать из него золотые монетки. Тут степень доверия и общества, и власти очень низка. В моделях торга все серединка на половинку. Для здорового общества нужны переговоры за круглым столом, нужны реальные отношения социального партнерства. Но есть еще одна проблема: как только власть начинает себя чувствовать в ситуации конкуренции с обществом за ресурсы бизнеса, она в разных формах начинает проявлять недовольство. Это определенный вызов российскому бизнесу сейчас. Как он себя поведет? Будет ли он сокращать все свои "правильные" с точки зрения гражданского общества технологии и угождать власти? От этого зависит, как выстроятся отношения, и не только в плане социальной ответственности.

Пути, которые мы выбираем

Хорошо, когда власть идет навстречу. Но власть - это не только первые лица, это еще и армия чиновников, которые не выбираются обществом. Что делать, если этой власти невыгодно садиться за стол переговоров, а гораздо удобнее выжать что-то из предпринимателя - заставить раскошелиться на какую-то сумму, скинуть социальную инфраструктуру и т.п.?

Марина Либоракина:

- Это серьезный вопрос. Когда я встречаюсь с бизнесом, меня спрашивают, что делать. Я говорю: "Взяток не давать". В краткосрочной перспективе бизнесу, может быть, и выгодно дать взятку чиновнику. Но стратегически это проигрыш. Во всем, что происходит, есть доля вины современных российских бизнесменов, которые предпочли теневые переговоры управляемым демократиям, и они обернулись против своих творцов. Нам самим надо не бояться и не давать взяток в домоуправлении. Вы думаете, что западные транснациональные компании такие чувствительные и милосердные? Ничего подобного. В начале 1990-х многие допускали массовые нарушения, и только общественное давление меняет ситуацию в стране. Поэтому каждый на своем собственном рабочем месте должен руководствоваться критериями профессионализма и гражданского поведения. Не брать и не давать взяток. Честно говорить о том, что вы думаете. Поддерживать публичное пространство политики. Стимулировать все простые вещи типа регулярных консультаций, общественных советов. Есть в вашем городе общественный совет при городской думе? Если нет, то создайте его. Сделайте его реально работающим. Оказывайте давление. У нас гражданское общество, и поведение - это вопрос личного выбора.

Елена НОВГОРОДОВА

19 Января 2004, 19:14 +176

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...