Николай Белин: «Народная – это прилагательное, медицина – это существительное

Произнеся в самом начале нашего разговора эту фразу, начальник областного управления здравоохранения Николай Белин совершенно четко определил свое отношение к целительству с законодательной точки зрения: являясь составляющей медицинского процесса, оно подлежит лицензированию. Значит, создавать комиссию и выдавать целителям «непонятные» дипломы абсурд. В подтверждение Николай Борисович процитировал массу документов. Точно тех же, что цитировала Елена Кузнецова. Притом оба убеждены, что закон именно на их стороне. Действительно, в законодательстве немало противоречий. Что, кстати, признает и сам Николай Борисович. А коли трактовать статьи можно по-разному, оставим это на совести законодателей. Познакомимся лучше с гражданской позицией Н. Белина.

- Нас учили классической медицине, и мы просто не в состоянии осуществлять экспертизу и выдать дипломы людям с улицы (я не говорю в целом и не хочу никого обидеть персонально), которые неизвестно чем будут оздоровлять пациентов. Тем более, что целительство во многом все-таки медицинская помощь, а значит – внедрение в сферу здоровья и психику человека. Но это только один аспект. Есть и другие.

Разработаны международные стандарты лечения больных бронхиальной астмой, лечения заболеваний желудочно-кишечного тракта и другие. И ни в одном стандарте, естественно, не присутствует что-либо от целительства. Как, впрочем, не присутствуют биологически-активные вещества, последнее время бурно рекламируемые.

Следующее. При общении люди оказывают друг на друга определенное воздействие. И допустить к себе или своему ребенку незнакомого человека, который будет внедряться непонятно с какими помыслами – я считаю, достаточно рискованно. Мы же не пускаем в квартиру незнакомца. А если кто пускает, общеизвестно, чем это может закончиться. И я считаю, в этом плане тоже надо быть крайне настороженными.

- А вам лично, членам вашей семьи никогда не приходилось обращаться к представителям нетрадиционной медицины?

- Никогда не приходилось. И хотя говорится «никогда не говори никогда», пока, что бы ни случилось, предполагаю пользоваться методами официальной медицины.

- Но словом «пока» вы оставляете для себя какую-то лазейку?

- Знаете, пока я в сознании – как я считаю, в ясном, буду следовать сказанному.

Давайте вот как посмотрим: мы в начале 90-х волну экстрасенсорики пережили? Пережили. Я с 91-го года работал заместителем начальника управления по лечебной работе и повидал множество народных избавителей, которые рвались получить лицензии. Кстати, мы предлагали им: давайте запишем в условиях лицензии, что оплату пациент производит по конечному результату. Они на это не шли. И все утихло. Волну гербалайфа тоже пережили. Сейчас проживаем волну биологически-активных веществ и целителей. Может, и есть какой-то эксклюзив, но ведь это единицы. А официальная медицина была, есть и будет.

- Значит, вы все-таки допускаете, что у некоторых людей есть определенные способности?

- В принципе, не отрицаю. Может, действительно что-то существует, и говорить, будто ты знаешь все, неразумно. Видимо, есть какие-то способности у отдельных личностей, но пусть они ими занимаются никак не под видом медицинской деятельности. У нас в России создан специальный институт нетрадиционных (в настоящее время - традиционных) методов лечения, который находится в ведении Минздрава Российской Федерации. Там работают компетентные люди, которые могут оценить неординарные способности человека.

- Тем не менее, в некоторых российских регионах созданы комиссии, которые выдают дипломы, и целители работают на законных основаниях.

- Еще раз повторяю, мы сейчас не можем говорить о законности или незаконности, потому что в законодательстве есть множество противоречий. Я возглавляю орган здравоохранения Ивановской области. На каких условиях стали выдавать дипломы целителям в других регионах, я не знаю. И комментариев по этому поводу дать не могу.

- А как вы смотрите на то, чтобы целители работали под наблюдением врачей? Такое тоже практикуется.

- Я не понимаю, что такое работа целителей под наблюдением врачей. Какого врача надо приставить к данному целителю? Если он будет лечить сердце, то надо приставить кардиолога? Если почки – нефролога? А целители пытаются оздоравливать практически все. Да и критериев такого контроля нет. А если кто-то говорит, что есть, неизвестно, насколько они объективны или субъективны. Поэтому я бы резюмировал так: облздрав предупреждает – будьте осторожны.

- Вы не отрицаете, что в некоторых случаях, когда медицина бессильна, целители помогают?

- Я такого не припомню. Работаю в управлении здравоохранения почти 17 лет и ни одного чудодейственного исцеления не видел. Говорю это официально.

- А вам известно, что несколько лет назад в одной из детских больниц Иванова по неофициальному разрешению главного врача работала женщина, которая называла себя биоэнергетиком?

- Ну, разрешил главный врач неофициально…

- И как вы к этому относитесь?

- К чему? Что главный врач разрешил? К этому я отношусь отрицательно.

- А тот считал, что она делает важное дело, очень помогает и медикам, и больным детям.

- Ну, это он так считал. Я человек государственный и должен работать по тем правилам, которые законодательно определены государством. Если руководитель разрешил у себя какой-то вид деятельности, который не предусмотрен законодательством, то я считаю, он допустил, мягко говоря, служебный проступок.

Еще раз говорю, какие-то способности могут быть, но они должны быть отдифференцированы компетентным органом.

- Но коль скоро у нас все-таки есть люди, считающие себя целителями, вероятно, есть смысл признать это. Тем более что среди них немало шарлатанов, а толковых людей, тех, кто действительно умеет помочь, единицы. Но работают все, только в подполье. Так не лучше ли хоть как-то их контролировать?

- А где критерий толковых и нетолковых? А если мы выдадим диплом нетолковому - под эгидой органа здравоохранения субъекта Российской Федерации? Методики проверки их способностей у нас нет. И разве эти способности даются раз и навсегда? Врачи, даже с базовым дипломом медика, каждые пять лет должны проходить курсы усовершенствования и получать сертификат.

Хорошо, а даже если кто-то помогает, то, может быть, действует сила не созидательная, а разрушительная? Может, она просто дает временный позитивный момент.

Я считаю, что экстрасенсы, целители – как бы они себя ни называли – оказывают большей частью психологическое воздействие. Население у нас живет непросто – у значительной части нестабильная психика. И воздействовать на людей разными методами не то чтобы легко, но возможно. Организм человека достаточно саморегулирующаяся система, и иногда при воздействиях человек может себя соответствующим образом настроить. Но субъективные ощущения человека еще не означают, что у него излечена болезнь.

Основной принцип медицины: не навреди. Про тех, кто называет себя целителями, я не могу сказать, соблюдают ли они этот принцип. Где найти критерий, кого можно легализовать, а кого нет?

- А если бы к вам обратились медики с документами, удостоверяющими целительский дар?

- Людей с медицинским образованием мы лицензируем в соответствии с требованиями официальной медицины.

Понимаете, у меня ведь тоже есть потенциальные административные рычаги. Вот если сейчас Минздрав России подтвердит идентичность традиционной и народной медицины (запрос об этом направлен управлением здравоохранения Ивановской области – Л. К.), на тех, кто занимается этой народной медициной нелегально, управление будет составлять административные протоколы и направлять их в суды.

- А если вдруг эти люди действительно помогают больным?

- Что значит «вдруг помогают»? Любой человек может кому-то помочь: один споткнулся и упал, другой помог ему подняться – это наша жизнь. Человек существо социальное, и с моральной позиции каждый должен помогать ближнему, особенно если тот в беде.

- Как правило, к целителям обращаются уже в крайних случаях…

- Это досужие рассуждения: что за крайние, полукрайние ситуации? Я считаю, что легализовать без детальной проверки непонятно кого и что нельзя. Не потому, что я упрямый - такова моя гражданская позиция.

В конце концов, сегодня есть нормальный способ разрешения споров в запутанных ситуациях – через суд. Мы готовы к этому, но целители на это не идут. А ведь за ними стоят определенные структуры. Сюда приходили и говорили, что нас раздавят, что все равно придется выдавать дипломы. Или: давайте договариваться – ваши условия. Позиция федеральных структур в отношении этой ситуации достаточно аморфна. Возможно, и «наверху» на кого-то надавливают, с кем-то договариваются…

- А вам самому как врачу, медику неужели не интересно убедиться в существовании каких-то способностей?

- Нет, неинтересно. Для меня это пройденный этап. У здравоохраненческой отрасли в последнее время слишком много сложнейших проблем, которые необходимо реально разрешать, а не заниматься призрачным «следопытством».

Людмила Котляр

31 Марта 2003, 20:20 +53

Оставить комментарий

В комментариях запрещается использовать нецензурные выражения, оскорблять честь и достоинство кого бы то ни было. Главное требование: соблюдение действующего законодательства. Администрация оставляет за собой право, по своему усмотрению, удалять комментарии, в которых использованы гиперссылки на сторонние интернет-ресурсы. Не допускается размещать в комментариях рекламу товаров и услуг. Рекомендуется максимально лаконично излагать свои мысли. Администрация оставляет за собой право модерировать сообщения

Loading...